48 500 лет в вечной мерзлоте: древний вирус ожил

Вы только вдумайтесь: учёные только что «разбудили» вирус, который пролежал в вечной мерзлоте почти 50 тысяч лет. И он всё ещё способен заражать. Это не сценарий фильма ужасов, а реальный лабораторный эксперимент.

Коллекция получилась внушительная: 13 древних «зомби» из семи разных образцов сибирской мерзлоты. Исследователи буквально прошерстили содержимое кишечника волка и останки шерстистого мамонта, чтобы найти эти капсулы времени. Вечная мерзлота — это же не просто замёрзшая грязь, это природный холодильник, которому миллионы лет.

Интересно, а каково это — держать в руках пробирку с чем-то, что было частью экосистемы, когда по Земле ещё ходили мамонты? Самому старшему «воскресшему» экземпляру — минимум 48 500 лет. Для сравнения: предыдущий рекорд был всего 30 тысяч. Но работу коллеги пока вывесили на BioRxiv, ждём официальной публикации и строгих рецензентов.

И тут самое важное: все эти ребята, от самых молодых (27 тысяч лет — сущие дети) до ветеранов, прекрасно себя чувствуют в чашке Петри и заражают клетки. То есть их инфекционная способность никуда не делась за десятки тысячелетий анабиоза.

«Когда вечная мерзлота тает из-за глобального потепления, она высвобождает не только метан и углекислый газ, но и целый «сундук с сокровищами» доисторической органики. И часть этих сокровищ — микробы и вирусы, которые просто ждали своего часа, чтобы проснуться«, — поясняют исследователи. Звучит как начало романа-катастрофы, правда?

И это только верхушка айсберга. Учёные на полном серьёзе говорят, что можно найти и гораздо более старые формы жизни. Возраст самой древней мерзлоты оценивают в миллион с лишним лет, но радиоуглеродный анализ здесь бессилен — его предел 50 тысяч лет. Так что там, в глубине? Есть где разгуляться фантазии, но и повод задуматься — тоже.

Непосредственная угроза для северных оленей

Впрочем, не обязательно лезть в глубокую древность. Проблемы уже стучатся в дверь. «Вспышки сибирской язвы среди северных оленей в последние жаркие годы — прямое следствие таяния верхних слоёв мерзлоты. Споры Bacillus anthracis, пролежавшие сотню лет на старых скотомогильниках, выходят на поверхность и снова в деле«.

Учёные, кстати, смотрят в будущее с осторожным оптимизмом. Они считают, что с бактериями мы, скорее всего, справимся: современные антибиотики бьют по базовым механизмам клетки, которые у бактерий не менялись миллионы лет. Но есть и тревожный звоночек: в вечной мерзлоте уже находят гены устойчивости к антибиотикам. То есть доисторическая бактерия может встретить нас во всеоружии. И что тогда?