Фальсификация данных по Альцгеймеру: 15 лет исследований под вопросом
Представьте: вы пятнадцать лет бежите марафон, тратите силы, время, огромные деньги, а потом выясняется, что всё это время вы бежали не туда. Примерно такой удар сейчас переживает мир науки о болезни Альцгеймера. Громкое расследование в журнале Science вскрыло неприятную правду: краеугольный камень исследований последних полутора десятилетий мог быть подделкой. И это не просто ошибка — это выглядит как осознанная фабрикация данных, которая обернулась предательством миллионов пациентов и их семей, надеявшихся на прорыв.
Помните начало нулевых? Тогда стартовало множество клинических испытаний, суливших лекарство от Альцгеймера. Увы, ни одно из них не увенчалось успехом. Но здесь важно понимать масштаб трагедии: болезнь Альцгеймера — это хитрый и медленный убийца. Она начинает свою чёрную работу за десятилетия до первых явных симптомов, поражая наш самый сложный и загадочный орган — мозг. Просто так, с наскока, её не взять.
И всё же наука не стояла на месте. Мы научились лучше диагностировать эту напасть, отслеживать её развитие и даже находить способы профилактики, чтобы отодвинуть момент встречи с болезнью. Но в основе многих надежд лежала одна стройная теория.
Недавно журнал Science опубликовал расследование Мэтью Шрага из Университета Вандербильта. Он взялся за изучение, пожалуй, самой влиятельной гипотезы в этой области. Суть её проста и логична: главные злодеи — это не сами амилоидные бляшки в мозге, а их токсичные побочные продукты, так называемые олигомеры. Именно они, согласно теории, убивают нейроны. Звучало убедительно, правда? Настолько убедительно, что на этой гипотезе построили тысячи последующих работ. И, как выяснилось, построили на песке — а точнее, на подтасованных фактах.
В центре скандала — исследование французского нейробиолога Сильвена Лесне, работавшего в США. Ещё в 2006 году он опубликовал сенсационные данные в Университете Миннесоты. Именно его работа стала тем самым фундаментом, на котором возвели здание амилоидной теории. И теперь университет начал расследование в отношении учёного.
А началось всё довольно прозаично. В августе 2021 года к Мэтью Шрагу обратились юристы. Им нужно было экспертное мнение о препарате против Альцгеймера от лаборатории Cassava Sciences. За этим стояли акционеры и учёные, которые заподозрили неладное в исследованиях чудо-молекулы. Шраг, как настоящий детектив, начал распутывать клубок. Он углубился в изучение работ, на которые опирались создатели препарата, и вышел прямо на Сильвена Лесне. И чем глубже он копал, тем больше находил следов подделки: десятки статей по Альцгеймеру содержали манипуляции с изображениями.
В чём же именно обвиняют Лесне? Его команда якобы обнаружила новый подтип белка Aβ, названный Ab*56, и доказала, что именно он вызывает слабоумие у крыс. Если верить расследованию Шрага, эти «доказательства» — искусно созданная иллюзия. Элизабет Бик, эксперт по судебно-медицинской экспертизе изображений, говорит прямо: авторы просто собирали коллажи из фрагментов разных фотографий, выдавая их за результаты одного эксперимента. Данные «подгоняли» под красивую гипотезу. Но, как справедливо замечает Шраг, биологию не обманешь. От этого пациенты не становятся здоровее.
Один из самых вопиющих примеров — анализ полос, показывающих уровень Ab*56 у мышей. Шраг обнаружил, что полосы на снимках подозрительно похожи. Он поиграл с контрастом, сделал фон чёрным, раскрасил их и наложил друг на друга. Совпадение оказалось идеальным — слишком идеальным для реальных данных. Такое в природе не встречается. Для сравнения он показал, как выглядят настоящие, честные снимки, где при наложении видны различия.
Даже Деннис Селкоу из Гарварда, главный сторонник амилоидной гипотезы, признал: в работах Лесне есть как минимум десяток изображений, которые иначе как подделкой не назовешь. Сам Лесне на запросы журналистов не ответил. Молчание — иногда очень красноречивый ответ, не так ли?
Мошенничество, которое не отменяет всё, но заставляет задуматься о цене славы
Конечно, самое очевидное последствие — это впустую потраченные деньги и время. Миллиарды долларов ушли на разработку лекарств, которые боролись с миражом. Но давайте будем честны: даже если вина Лесне будет доказана, это не перечёркивает все исследования болезни Альцгеймера и даже не хоронит окончательно амилоидную гипотезу.
Вспомним историю. Ещё в 1906 году Алоис Альцгеймер увидел в мозге пациентки те самые загадочные бляшки. В 80-х годах прошлого века выяснили, что они состоят из белка Aβ, а затем нашли связь между мутациями в гене этого белка и развитием болезни. Логическая цепочка выглядела очень стройно: амилоид запускает цепную реакцию повреждений. Значит, надо с ним бороться.
В 2006 году работа Лесне стала мощнейшим катализатором. Она «доказала», что главную опасность представляют именно токсичные олигомеры, и дала новую жизнь затухающему интересу к этой теме. Сотни клинических испытаний — и лишь один откровенно слабый препарат (Aduhelm) получил одобрение. Но деньги по-прежнему текут рекой. Только Национальные институты здравоохранения США ежегодно тратят на амилоидные проекты около 1,6 миллиарда долларов. Половина всего финансирования! Учёных, которые предлагают альтернативные теории — про воспаление, про иммунную систему — иногда в кулуарах называют борцами с «амилоидной мафией».
И всё же, отбрасывать амилоидную теорию целиком было бы так же глупо, как и слепо верить в неё после такого скандала. Белок Ab*56 — лишь один из многих. То, что результаты по нему сфабрикованы, не делает автоматически ложными все остальные исследования. Зато теперь мы хотя бы понимаем, почему коллегам годами не удавалось воспроизвести результаты Лесне. Их просто невозможно было воспроизвести, потому что исходных данных не существовало.
Знаете, в чём главный урок этой истории? Перед лицом такой сложной и страшной болезни, как Альцгеймер, поражающей более 50 миллионов человек, у нас нет права на монополию одной идеи. Нам нужно как можно больше разных направлений, больше здорового скептицизма и честности. Только так, шаг за шагом, проверяя и перепроверяя каждый «очевидный» факт, мы сможем однажды разгадать эту тайну.
