Гидроксихлорохин и Covid-19: 5 фактов, которые нужно знать

Помните эту пыльную коробку со старыми лекарствами, которая лежит в аптечке у бабушки? Кажется, человечество решило, что именно оттуда мы достанем спасение от коронавируса. Речь, конечно, о хлорохине — препарате с семидесятилетней историей, который неожиданно для всех стал главным ньюсмейкером пандемии. Сначала были громкие заявления профессора Дидье Рауля, потом — политические скандалы, ажиотаж и дефицит. Но давайте на минуту забудем о шумихе и разберемся по косточкам: а что же это за таблетка такая, и почему научный мир до сих пор чешет в затылке?

1. Первоначально он не использовался против вирусов.

Гидроксихлорохин, близкий родственник хлорохина, никогда не был «вирусным киллером» по своей основной профессии. Долгие годы он был верным помощником ревматологов: его прописывали, чтобы успокоить разбушевавшийся иммунитет при волчанке или ревматоидном артрите. Он работает как иммуномодулятор, а не как антибиотик или противовирусное средство. И вот тут начинается самое интересное: как вещество, меняющее работу иммунитета, поведет себя в компании с новым вирусом? Это большой вопрос.

2. Его противовирусные эффекты были продемонстрированы … в пробирке.

Представьте себе лабораторию, где ученые перебирают старые молекулы, как бабушка перебирает крупу, надеясь найти жемчужину. Хлорохин попадал под микроскоп уже не раз. Его «купали» в растворах с вирусами Эбола, ВИЧ, атипичной пневмонии (SARS) и ближневосточного респираторного синдрома (MERS). И да, в пробирке он творил чудеса: вирусы переставали размножаться, чувствуя себя как в плохом кино, где злодея останавливают на полпути. Но есть одна загвоздка, о которой часто забывают.

3. Его эффективность против вирусов, поражающих человека, еще предстоит демонстрировать.

Одно дело — пробирка, и совсем другое — живой человек со сложной системой кровообращения, ферментами печени и миллионами других клеток. Волшебство, которое работает в чашке Петри, в реальном организме часто рассыпается в прах. До пандемии Covid-19 эффективность хлорохина против любых вирусов у людей так и не была доказана. Ситуация не изменилась и сейчас.

Давайте посмотрим на цифры. Мартовские исследования профессора Рауля из Марселя наделали много шума, но методологически они были слабы, как утренний кофе в автомате. Они показали лишь снижение количества вируса в носоглотке. Но это все равно что судить о пожаре в доме по тому, что в прихожей стало меньше дыма, не заглядывая в горящую спальню. Что происходило в легких? Как чувствовали себя пациенты на самом деле? Ответов не было.

А вот китайские коллеги подошли к вопросу тщательнее. Они понаблюдали за 30 пациентами две недели и не нашли никакой разницы между теми, кто принимал лекарство, и теми, кто пил пустышку. Всем стало лучше примерно одинаково. Конечно, выборка мала, чтобы ставить жирный крест на препарате, поэтому сейчас ученые ждут результатов масштабного европейского исследования Discovery. Интрига сохраняется.

4. Это подвергает вас серьезным, даже фатальным, побочным эффектам.

И тут мы подходим к главному подвоху. Принимая непроверенное лекарство, мы рискуем не просто получить плацебо, а нарваться на реальную опасность. Гидроксихлорохин — это не витаминка. Он способен вызвать удлинение интервала QT на кардиограмме. Звучит скучно, а на деле означает тяжелейшую аритмию, которая может убить сердце. Причем риск взлетает до небес, если смешать его с другими популярными лекарствами — от аллергии, от стенокардии или даже с некоторыми антибиотиками. Уже были случаи, когда люди во Франции, занявшиеся самолечением, попадали в реанимацию с остановкой сердца. Игра определенно не стоит свеч.

5. Не исключено, что он ухудшает Covid-19 у некоторых пациентов.

Самая пугающая деталь, которая обычно теряется за заголовками газет. И в китайских, и в марсельских испытаниях у части пациентов, принимавших гидроксихлорохин, состояние не просто не улучшалось, а ухудшалось. Мы не знаем точно, почему: виноват ли сам вирус, или препарат каким-то образом «помогал» ему, ослабляя защитные силы организма. Но сам факт того, что сигнал тревоги поступил именно из «лекарственной» группы, заставляет ученых быть вдвойне осторожными. Ведь главный принцип врача — «не навреди». А с этим препаратом мы пока не можем дать гарантий.