Орангутан впервые замечен за лечением раны лекарственным растением

Представьте: вы гуляете по лесу, получаете глубокую царапину и вместо того, чтобы бежать в аптеку, срываете лист с ближайшей лианы, жуёте его и прикладываете к ране. Звучит как навык из каменного века, правда? А вот для суматранского орангутана по имени Ракус это обычное дело. Учёные впервые засняли, как дикая обезьяна сознательно лечит себя лекарственным растением.

Всё началось с драки. Ракус, взрослый самец, повздорил с конкурентом и получил открытую рану на лице. Исследователи из индонезийского национального парка Гунунг-Лёзер внимательно следили за ним. И тут произошло нечто удивительное.

Орангутан забрался на лиану под названием Акар Кунинг, которую местные жители веками используют в традиционной медицине. Он принялся тщательно пережёвывать листья, превращая их в кашицу. А потом аккуратно нанёс эту массу на рану, старательно закрыв каждый участок. Весь процесс занял больше получаса.

Что такое Акар Кунинг с научной точки зрения? Это кладезь биологически активных веществ: фуранодитерпеноидов и протобербериновых алкалоидов. У них есть антибактериальные, противовоспалительные и антиоксидантные свойства. Проще говоря, природная аптечка.

Учёные затаили дыхание и стали наблюдать дальше. Рана не загноилась. Уже через пять дней она закрылась, а через месяц зажила полностью, оставив лишь небольшой шрам. Никаких признаков инфекции — как будто орангутан прошёл курс антибиотиков.

Это первый задокументированный случай, когда дикое животное использует биологически активное растение для обработки открытой раны. Раньше видели, как шимпанзе глотают горькие листья, чтобы избавиться от паразитов, или как слоны ищут особые травы для пищеварения. Но целенаправленное наружное применение — новое слово в науке.

Исследователи задаются вопросом: откуда у орангутанов такие знания? Может быть, это врождённый механизм, общий для всех человекообразных обезьян? Ведь и шимпанзе в Африке иногда используют растения как лекарства, и люди делают это тысячелетиями. Возможно, способность распознавать и применять целебные травы — часть нашего общего эволюционного наследия.

Как бы то ни было, история Ракуса напоминает нам: мы не так уж далеки от дикой природы. И, возможно, наши далёкие предки точно так же жевали листья и прикладывали их к ранам, передавая знания из поколения в поколение. А потом эти знания превратились в науку, аптеки и таблетки. Но корни — вот они, в тропическом лесу, в руках лохматого пациента.

Подробности исследования опубликованы в журнале Scientific Reports.