
Свиней с защитой от вируса CRISPR допустили на рынок США
html Копировать Скачать Запустить
Знаете это чувство, когда вроде бы всё идёт по плану, а потом бац — и какой-то невидимый враг валит всю команду? Примерно так последние десятилетия жили свиноводы по всему миру. Их враг — вирус PRRS, болезнь, от которой у фермеров до сих пор глаза на лоб лезли. Но, кажется, пришло время бить в литавры. Компания Genus, ребята, которые не боятся заглянуть в геном, стоит на пороге исторического события. Уже к концу этого года на прилавках может появиться мясо свиней, которых природа (с помощью CRISPR) сделала неуязвимыми для этой напасти. Представляете, просто взяли и вырезали проблему из ДНК.
Давайте разберемся, что это за зверь такой — PRRS. Если по-научному, это репродуктивный и респираторный синдром свиней, а если по-простому — кошмар на ферме. Вирус этот — тот ещё живчик: передаётся по воздуху, от мамы к поросятам, и даже в замороженном мясе может таиться годами, как шпион. У хрюшек начинается жар, апатия, они отказываются от еды, а у поросят лёгкие отказывают настолько часто, что смертность в стаде может достигнуть ста процентов. И это ещё не всё — болезнь бьёт по репродукции, вызывая выкидыши и мертворождение. В общем, полный набор фермерского горя.
Конечно, вакцины придумали давно. Но вирус мутирует быстрее, чем мы успеваем ставить заплатки, да и иммунитет после прививки — так себе защита. В итоге фермеры часто оказывались перед жёстким выбором: усыпить всё стадо и начать с нуля, теряя миллионы. В прямом смысле слова — по оценкам, мир теряет на этом до 2,7 миллиарда долларов ежегодно. Но деньги — это полбеды. Сами исследователи из Genus в своём докладе отмечают: мы забываем о психологическом давлении на фермеров, для которых их питомцы — не просто цифры в отчёте, и о страданиях самих животных. Тут не поспоришь.
И вот тут на сцену выходит CRISPR. Оказывается, у вируса PRRS есть «ключик» — он цепляется за специальный белок CD163 на клетках свиньи, чтобы проникнуть внутрь. Исследователи рассмотрели этот белок под микроскопом и нашли ту самую «личинку», за которую вирус хватается. Гениальность решения в его простоте: с помощью CRISPR-Cas9 они просто отрезают этот «замок» — домен SRCR 5. Вирус приходит, а зацепиться не за что. Идёт дальше, свинья остаётся здорова. Самое крутое, что остальная часть белка продолжает работать как надо, без побочных эффектов. Вот такой точечный удар, без разрухи.
Конечно, одно дело — сделать пару супер-свинок в лаборатории, и совсем другое — накормить ими страну. Genus подошла к делу с размахом. Они взяли четыре разные коммерческие линии свиней, поколдовали над эмбрионами, подсадили их мамам-свиноматкам и получили целые поколения неуязвимых поросят. И главное — они проследили, чтобы «хороший» ген передавался по наследству, не терялся и, что критически важно, не влиял на аппетит, скорость роста или желание размножаться. Ведь какой смысл в здоровой свинье, если она не хочет есть и радовать фермера привесами?
Тут-то и начинается самое интересное, что не лежит в пробирке. Путь к столу потребителя для таких животных в США — это полоса препятствий, которую курирует FDA. И хотя свиньи Genus — не какие-то там Франкенштейны с генами медуз, а просто хрюшки с «подпиленным» собственным белком, дорога к одобрению оказалась тернистой. Эксперты спорят: изменения-то ведь могли бы произойти и сами собой, естественным путём за тысячи лет, просто мы им помогли. Логично было бы пропустить их по «зелёному коридору». Но нет, закон есть закон.
«Такого аллеля в дикой природе никто никогда не видел, — разводит руками Клинт Несбитт, молекулярный биолог Genus. — Значит, придётся пройти всю процедуру проверки FDA от звонка до звонка». И это при том, что в той же Колумбии на таких свиней уже махнули рукой и разрешили продавать как обычных. Представляете разницу в подходах? Тем не менее, компания настроена по-боевому. До финала осталось всего несколько шагов, и если всё сложится, мы с вами скоро будем есть бекон от свиней, которые никогда не знали, что такое чихать. Интересно, почувствуем ли мы разницу? Кроме спокойствия за своё здоровье, конечно.