Соленые озера оказались «островами жизни»: они кормят редких птиц и защищают от пыльных бурь
Соленые озера принято воспринимать как почти безжизненные водоемы, где высокая концентрация солей ограничивает разнообразие организмов. Международное исследование показало обратную сторону этой картины: такие озера по-своему поддерживают биоразнообразие, дают экономически ценные ресурсы и выполняют функции, которые трудно заметить и оценить в денежном эквиваленте.
Работа опубликована в журнале Nature Communications. Исследователи изучили 85 соленых озер в разных регионах мира и обнаружили связанные с ними 200 биологических видов, находящихся под угрозой исчезновения или близких к угрожаемому состоянию. Более половины этих видов — птицы, использующие озера как места кормежки, отдыха и остановок во время миграций.
Чем солонее, тем полезнее
Главный неожиданный вывод исследования касается не количества видов, а так называемых экосистемных услуг — пользы, которую природа дает человеку. Ученые ожидали, что с ростом солености их число будет сокращаться. Однако этого не произошло.
Набор услуг меняется: одни становятся менее значимыми, другие, напротив, выходят на первый план. Поэтому увеличение концентрации соли само по себе не означает, что озеро теряет общую ценность.
При этом именно соленые озера могут становиться своеобразными «островками пищи» в засушливых регионах. Несмотря на сравнительно небольшое биоразнообразие в воде, высокая продуктивность способна обеспечивать кормом не только водные организмы, но и птиц, млекопитающих и других наземных животных.
Исследователи также обнаружили важную особенность: разные озера могут поддерживать совершенно разные редкие виды. В выборке были водоемы со средней соленостью более 100 г/л, каждый из которых поддерживал как минимум по два исчезающих вида, не встречавшихся в зоне влияния других исследованных озер.
Ценность, которую почти невозможно посчитать
Часть функций соленых озер остается практически невидимой для традиционных экономических оценок. Они участвуют в регулировании микроклимата, препятствуют превращению местных ветров в соляные и пылевые бури, а их микроорганизмы связаны с круговоротом веществ, газообменом и блокировкой углерода.
Есть и вполне материальная польза. В России озеро Баскунчак обеспечивает до 30% добычи соли. Озеро Развал в Оренбургской области, согласно приведенной в исследовании оценке, отличается исключительно высокой плотностью туристов, а соленые озера Алтая дают цисты артемии — ценного биологического ресурса, на который приходится не менее 10% мирового производства.
При этом сами озера крайне чувствительны к изменениям водного баланса. Поскольку большинство из них не имеет поверхностного стока, уровень воды определяется соотношением притока и испарения. Климатические изменения и чрезмерный забор воды способны быстро изменить уровень и соленость, а вслед за ними — состояние всей экосистемы.
Авторы предлагают управлять такими водоемами не изолированно, а с учетом всего водосборного бассейна, включая подземные воды. Необходимы долгосрочные наблюдения за уровнем воды, соленостью и биологическими сообществами. Краткосрочный мониторинг, предупреждают исследователи, может создать ложное ощущение благополучия: последствия вмешательства иногда проявляются лишь спустя несколько лет.
Исследование началось еще в 2018 году после дискуссии Егора Задереева и немецкого эколога Альфреда Буриана. В итоге к работе подключились десятки специалистов из разных стран. Исследователи подчеркивают: оставлять соленые озера без системы управления и мониторинга больше нельзя.
В недавнем материале Hi—Tech Mail мы остановились на роли пресноводных озер в глобальном углеродном цикле.